05.04.2025
#В мире
Язык жестов является неотъемлемой частью идентичности людей с нарушениями слуха.
Однако в Черногории он не признан, что ставит их в крайне сложное положение. Одним из борцов за права глухих является Тияна Миюшкович, координатор программ Ассоциации глухих и лиц с нарушениями слуха Черногории, которая вместе со своим отцом Дарко, являющимся президентом Ассоциации, уже много лет борется за то, чтобы язык жестов был признан и регламентирован законом.
По ее словам, это позволит обеспечить более плавное общение и включение глухих и людей с нарушениями слуха в социальные тенденции. Главной проблемой является нехватка переводчиков черногорского языка жестов.
Тияна выучила язык жестов у своего отца.
«Мой отец глухой, но поскольку меня воспитывала мать, которая хорошо слышит, у меня не было возможности полностью его выучить. Позже, когда я начала заниматься в Ассоциации, мне пришлось общаться не только с ним, но и со всеми другими глухими людьми. Они могли читать по губам, но я понимала, что этого недостаточно. Это их родной язык и их право, поэтому я продолжала его изучать, пока не стала в нем довольно хороша. Они такие интересные, так жаль, что страна пренебрегла ими», — рассказала Тияна порталу CdM.
Однако в черногорском законодательстве язык жестов до сих пор отсутствует. Черногория — единственная страна на Балканах, в которой нет закона о языке жестов. Хотя существуют положения, гарантирующие право глухих на переводчика в больницах и судах, еще одной проблемой является нехватка переводчиков.
В Черногории насчитывается от 350 до 500 глухих и лиц с нарушениями слуха, но точных данных на этот счет нет, добавляет Тияна, поскольку реестра не существует.
Что касается образования, она отмечает, что глухие и лица с нарушениями слуха могут получить только третий уровень, то есть среднее образование, за три года, чего недостаточно для поступления на факультет.
«Почему им не могут предоставить равные возможности? Система позволяет им быть только автомеханиками, парикмахерами и поварами. Это неплохо, но разве кто-то хочет большего?», — отмечает г-жа Миюшкович.
Решение этой проблемы, по ее словам, требует серьезного участия страны. Она считает, что страна может организовать обучение людей, которые хотели бы стать переводчиками жестового языка, а затем трудоустроить их в ключевых учреждениях, таких как здания муниципалитетов и больницы.
Однако в Черногории он не признан, что ставит их в крайне сложное положение. Одним из борцов за права глухих является Тияна Миюшкович, координатор программ Ассоциации глухих и лиц с нарушениями слуха Черногории, которая вместе со своим отцом Дарко, являющимся президентом Ассоциации, уже много лет борется за то, чтобы язык жестов был признан и регламентирован законом.
По ее словам, это позволит обеспечить более плавное общение и включение глухих и людей с нарушениями слуха в социальные тенденции. Главной проблемой является нехватка переводчиков черногорского языка жестов.
Тияна выучила язык жестов у своего отца.
«Мой отец глухой, но поскольку меня воспитывала мать, которая хорошо слышит, у меня не было возможности полностью его выучить. Позже, когда я начала заниматься в Ассоциации, мне пришлось общаться не только с ним, но и со всеми другими глухими людьми. Они могли читать по губам, но я понимала, что этого недостаточно. Это их родной язык и их право, поэтому я продолжала его изучать, пока не стала в нем довольно хороша. Они такие интересные, так жаль, что страна пренебрегла ими», — рассказала Тияна порталу CdM.
Однако в черногорском законодательстве язык жестов до сих пор отсутствует. Черногория — единственная страна на Балканах, в которой нет закона о языке жестов. Хотя существуют положения, гарантирующие право глухих на переводчика в больницах и судах, еще одной проблемой является нехватка переводчиков.
В Черногории насчитывается от 350 до 500 глухих и лиц с нарушениями слуха, но точных данных на этот счет нет, добавляет Тияна, поскольку реестра не существует.
Что касается образования, она отмечает, что глухие и лица с нарушениями слуха могут получить только третий уровень, то есть среднее образование, за три года, чего недостаточно для поступления на факультет.
«Почему им не могут предоставить равные возможности? Система позволяет им быть только автомеханиками, парикмахерами и поварами. Это неплохо, но разве кто-то хочет большего?», — отмечает г-жа Миюшкович.
Решение этой проблемы, по ее словам, требует серьезного участия страны. Она считает, что страна может организовать обучение людей, которые хотели бы стать переводчиками жестового языка, а затем трудоустроить их в ключевых учреждениях, таких как здания муниципалитетов и больницы.